• b2
  • b1
  • Свято-Покровский храм. г.Доброполье
  • Святогорская лавра

Дорогие братья и сестры! Мы рады приветствовать Вас на сайте Православие Доброполья!

Житие святого Паисия Великого

Добавлено Суббота, 09 Июнь 2018. Опубликовано в Жития святых

  • Нравится
  • Житие святого Паисия Великого

     (Пересказанное преподобным Никодимом Святогорцем. Из книги Новый Эклогион)

     Память 19 июня/2 июля

          Сей божественный Паисий родился в Египте у благочестивых, добродетельных и богатых добрыми христианскими нравами родителей. У этой семьи, имеющей семерых детей, было достаточно богатства для безбедной жизни, поэтому они всегда помогали нуждающимся. И чем больше милосердия семья оказывала беднякам, тем обильнее становилось их состояние. После смерти главы семейства вся забота и о поддержании имения, и о воспитании детей, особенно о Паисии, как самом младшем из чад, легла на плечи опечаленной матери. Однажды ночью ей во сне явился Ангел Господень, которого послал Сам Бог, Отец всех сирот, и сказал:

         – Почему ты так печалишься, что нужно заботиться о детях, как будто это только твое дело, а не Бога? Не скорби, но посвяти Всемогущему своего сына, через которого прославится пресвятое имя Божие. 

     – Все мои дети принадлежат Создателю, пусть Он Сам возьмет, кого хочет. 

     – Вот этот угоден Творцу, – взяв Паисия за руку, возвестил Ангел. 

     – Он еще не может служить и работать Всемилостивому, но возьми лучше кого-нибудь из старших, – ответила ему мать. 

     – О, прекраснейшая из жен, ты говоришь, что Паисий не может служить Сердцеведцу, потому что мал, но знай, что сила Божия обычно проявляется в немощных. Этот, меньший из всех, является избранником Отчим и более всех угодит Миродержцу. 

    С этими словами Ангел отошел, а жена, проснувшись, удивлялась повелению свыше и прославляла Вседержителя словами: 

     – Буди, Господи, милость Твоя на нас и на рабе Твоем Паисие. 

    Божественный же Паисий был богобоязненным отроком, в котором год от года возрастала благодать Божия. Еще, будучи ребенком, он возжелал монашеской жизни и по достижении определенного возраста, как беззлобный агнец, пришел в скитскую пустыню на послушание к известному старцу Памво. Обладая даром прозорливости, этот авва узнал будущее Паисия и, с великой радостью приняв юношу, облек его в святую монашескую схиму. Юный инок хорошо подвизался в терпении, с ревностью исполнял все то, что ему поручал его духовный отец. Божественный Памво помогал подвижнику достичь высоких вершин добродетели и учил Паисия всегда ходить с опущенной главой, дабы ум, представляя себе красоту неизреченной славы Божией, непрестанно помышлял о Небесном. Созерцание это, как считал учитель блаженного, будет всегда помогать прославлять всемогущую благость Бога, великого нашего Благодетеля. Так, Паисий три года вообще не видел человеческого лица, но усердно читал Священное Писание и исследовал его Божественный смысл, что помогло ему стать, по слову пророка Давида, «как древо, посаженное при потоках вод, которое приносит плод свой во время свое» (Пс. 1: 3).  

     – «Как сладки гортани моей слова Твои! лучше меда устом моим» (Пс. 118:103), – любил повторять инок эти строки Псалтири. 

    Паисий мучил и удручал свое тело постами и молитвенными бдениями, благодаря чему смог подчинить его велениям своей души. Святой Памво так хорошо и благочестиво руководил преблаженным, что смог сделать из него опытного во всем искусного подвижника. Перед своей кончиной Памво благословил Паисия и изрек о нем множество пророчеств, после чего с миром отошел ко Господу. 

    С того дня я, смиренный Иоанн, написавший это повествование, стал жить в одной келье с Паисием. Наш образ жизни был построен на полученном от духовного отца правиле, мы взаимно укрепляли друг друга в добродетели и заботились о спасении наших душ. Прошло немного времени и Паисий стал подвизаться еще суровее, нежели прежде: начал поститься всю неделю, вкушая лишь небольшой кусок хлеба с солью, и то только по субботам. Все остальное время он посвящал чтению слова Божия. Преподобный изучал пророчества боговдохновенного пророка Иеремии, который, как говорят, неоднократно являлся ему и толковал тайный смысл своих трудов, чем побуждал подвижника к любви обетованных благ. 

    Блаженный, по слову апостола Павла, всегда простирался «вперед» (ср. Флп.3; 13), то есть постоянно понуждал себя к совершению еще больших подвигов. Так, святой стал поститься не одну, а две недели подряд. Самое удивительное заключается в том, что никто не знал о равноангельном житии Паисия, кроме Того, Кто видит тайное и неведомое. Плененный любовью к безмолвию, он возлюбил одно – всегда молиться и собеседовать с Единым Богом. Как-то я попробовал узнать у божественного, откуда у него появилось подобное желание – от Бога, или по его собственной воле: 

     – Брат Паисий, я вижу, что ты любишь безмолвие, – сказал я ему. – Знай же, что и я его жажду. Но откуда же к нам пришел этот помысел? Давай помолимся Милостивому, чтобы Он открыл нам Свою святую волю, и тогда поступим согласно ей: либо оба будем безмолвствовать в одном месте, либо разлучимся друг с другом. 

     – Хорошо ты сказал, возлюбленный Иоанн, давай так и поступим, чтобы ревность к безмолвию была приятна Создателю, – отвечал на эти слова Паисий. 

    Сказав так, мы провели всю ночь во бдении, и Благой услышал наше моление. В утренний час нам явился Ангел Господень. 

     – Бог повелевает вам разлучиться, и каждый пусть имеет отдельное жилище. Ты, Иоанн, останься на этом месте, и стань для многих путеводителем ко спасению. А ты, Паисий, житель Христов, уйди отсюда и ступай в западную часть пустыни. Там, благодаря тебе, соберется народ бесчисленный: будет построен монастырь и прославится Господь, – возвестил Ангел и стал невидим. 

    Подчиняясь повелению, мы разлучились друг с другом: я остался на том месте, а Паисий, придя в западную часть пустыни, вырубил в скале пещеру и поселился там. За его чрезвычайную чистую и высокую жизнь Бог так возлюбил его, что Сам Христос часто являлся ему и наставлял в добродетели. 

     – Мир тебе, возлюбленный Мой служитель Паисий, – приветствовал однажды Спаситель блаженного, пребывавшего на молитве в своей пещере. 

     – Вот, я раб Твой. Что повелишь, Владыка, что побудило Тебя снизойти ко мне? – со страхом и трепетом вопросил святой. 

     – Видишь эту обширную пустыню? Всю ее, благодаря тебе, я наполню подвижниками, прославляющими имя Мое. 

     – Слова Твои, Владыка Господи, подчинены державной руке Твоей, и желания Твои тотчас же свершаются. Однако, молю Твою благость, скажи, откуда в этой пустыне подвижники будут получать необходимое? 

     – Поверь Мне, если Я найду тех, кто имеют между собой матерь всех добродетелей – любовь, и исполняют заповеди Мои, то все попечение о них возьму на Себя, и не будет у них ни в чем недостатка. 

     – Еще раз спрошу Твою благость, как им с легкостью избежать сетей врага и избавиться от его страшных искушений? 

     – Если они, как Я тебе сказал, будут исполнять заповеди Мои с кротостью, правдой, смиренным сердцем, то Я не только избавлю их от брани с врагом и его сетей, но и сделаю наследниками Царствия Небесного, – укрепил Паисия Вседержитель и вознесся на Небо. 

    Священного же Паисия, от такого схождения к нему Самого Спасителя, объял большой страх. 

    А что же замыслил в это время завистливый человеконенавистник, враг? Паисий получил от Бога силу, безопасно миновал бесовские сети и не терпел никакого вреда от нападений нечистого. Лукавый не мог приблизиться к преподобному, поэтому попытался воспользоваться хитростью и попробовал лишить подвижника добродетели нестяжания, а через это – и Божественной благодати. Приняв образ ангела, диавол явился одному египетскому богачу и уговорил его пойти в пустыню, найти там «бедняка по имени Паисий, богатого именем и светло украшенного добродетелями, сосуд избранный Божественной благодати» и предложить ему много денег для милостыни подвизающимся монахам. Не ведая, что это было бесовское обольщение, богач взял множество серебра и золота и отправился к святому. 

    Однако Господь не оставил Своего раба, открыл ему смысл столь дорогого приношения богача, поэтому преподобный тотчас же встал и пошел сам встречать архонта (еретика). 

     – Кто такой Паисий, и где он обитает? – обратился к присноблаженному египтянин. 

     – А зачем он тебе? 

     – Я принес ему денег, чтобы он раздал милостыню монахам. 

     – Прости нас, христолюбивый человек, к чему нам деньги, если мы решили поселиться в этой пустыне. Возьми их, ступай в мир и не печалься, потому что Бог примет твой дар, если эти деньги ты раздашь в египетских селениях, где обитает много нищих: неимущих, сирот и вдов. 

    Богач послушался подвижника и вернулся в Египет. Когда же Паисий вернулся в свою келью, то ему явился диавол и сказал: 

     – Какое насилие! Не могу я, Паисий, ничего сделать тебе, потому что ты избежал моих уловок. Я ухожу от тебя и иду воевать с другими, к тебе же больше не приду, потому что ты победил меня. 

    Услышав эти речи, преподобный тотчас запретил лукавому говорить: 

     – Молчи, потому что известен ты своей злобой, – молвил воин Христов. 

    Пристыженный таким образом, нечистый был изгнан и уже более не дерзал приближаться к божественному Паисию. Теперь подвижник поселился во внутренней пустыне и стал проводить еще более суровую жизнь, во всем уподобляясь бесплотным Силам Небесным и часто беседуя со Владыкой Христом. Дух Божий, обитавший в Паисие, благоволил удостоить его созерцания Небесных сокровищ и той радости, которую там имеют праведные. Однажды во время молитвы божественный был восхищен на Небо, где сначала увидел красоты и наслаждения рая, от чего исполнился радости и ликования, а затем всех святых. Вкусив той невещественной пищи и насладившись ею, он сподобился получить от Бога дар полного воздержания от пищи. Причащаясь каждое воскресение Пречистых Тайн, преподобный всю неделю пребывал в посте до следующего воскресения. Он жил только Святым Причастием, не вкушая при этом никакой другой пищи. Пусть же никто не сомневается в этом, потому что все подчинено Божественной воле: преподобный провел без телесной пищи семьдесят лет, питаясь лишь от причащения Божественными Тайнами. И нет в этом ничего удивительного по сравнению с беспредельной силой Божией. Ведь телесную пищу требует наше естество для укрепления тела. А тем, кто выше естества, творческая сила Божия, будучи самодостаточной и совершенно не подчиняющейся законам естества, дает дар, превышающий человеческие силы и возможности. Подобным же образом она превыше всякого естественного закона: без еды, до последних времен, сохранила она и пророка Илию, что вполне достаточно для доказательства этого преестественного дара. 

    По благоволению Божию к Паисию стекались бесчисленное множество монахов и мирян, желавших жить вместе ним. Окружив его, как пчелы улей, они ненасытно питались мысленным медом его сладчайшего учения, в результате чего постоянно росло число монахов. Тех, кто желал безмолвствовать наедине, он учил через молитву беседовать с Богом. Тех же, кто желал пребывать в подчинении и послушании этом поистине блаженном образе жизни, он селил в общежитие с другими братиями, назначая каждому подходящую работу, благодаря которой иноки не сидели праздными и упражняли свое тело, делая его послушным для трудов, кормили себя, а также давали милостыни нищим. Паисий дал насельникам заповедь: ничего, даже самого малого, не делать по своей воле, но во всем руководствоваться благословением духовного отца.

          Но кто в точности может описать те подвиги, которые преподобный сам совершал в безмолвии и уединении? 

    Когда божественный Паисий пришел во внутреннюю пустыню, то поселился там и жил три года в одной пещере. За это время волосы у него на голове стали слишком длинными, тогда присноблаженный придумал следующее. Он забил кол в потолок пещеры и молился, привязывая к нему свои волосы, чем доставлял себе еще больший труд. Подвиги для преподобного стали отдыхом. Однажды во время молитвы перед ним вдруг предстал более всего возлюбленный им Спаситель. Праведник упал в страхе и ужасе на землю, так как не мог взирать на Его Божественный Лик. 

     – Мир тебе, Мой служитель, не бойся. Весьма большую радость доставляют Мне твои дела, и молитва твоя весьма приятна и угодна Мне. Возрадуйся же, и прими щедрую награду за труды твои. Вот, Я даю тебе такой дар: все, что ты ни попросишь во имя Мое, дастся тебе. Грешникам же, за которых ты будешь ходатайствовать ко Мне, отпустятся грехи, – обратился к Паисию Вседержитель. 

     – Христе Царю, ах, если бы мне, несчастному, сподобиться получить от Тебя благодать просить то, что необходимо для меня, дабы мне легко пройти по спасительным путям Твоих повелений ведь без Твоего Промысла мы не можем творить никакого добра. Если Ты пролил драгоценную Свою Кровь ради нашего спасения, согласился претерпеть смерть и погребение Воскресением Своим даровав нам вечную жизнь, то сколько смертей мы должны претерпеть ради любви Твоей? 

    С этого дня преподобный действительно получил от Бога дар исполнения всего испрошенного. У одного старца умер послушник, прельщенный завистливым диаволом. Он не только впал в непослушание, но и не покаялся перед кончиной духовнику в таком грехе. Старец много раз просил Бога открыть ему, где находится душа ленивого послушника, и Создатель открыл авве, что инок находится в аду и испытывает страшные мучения. Тогда, сильно уязвленный сердцем старец стал строго поститься и молиться сорок дней, по истечении которых старец услышал голос: 

     – Эта душа, за которую ты горячо молишь, должна пребывать в аду до тех пор, пока Я не приду с Ангелами и трубами; лишь после этого она примет подобающую награду за свои труды. 

    Это еще больше опечалило духовника и он решил продлить свой пост еще на сорок дней. 

     – Пусть она будет в аду, пока Я не приду на облаках, – было сказано авве, когда закончились и эти дни. 

    Поскольку он не смог убедить Человеколюбца Бога помиловать послушника (возможно, Спаситель сделал это для того, чтобы старец попросил заступничества у блаженного), пустынник побежал за помощью к Паисию. Узнав по благодати Божией о приходе старца, преподобный вышел ему навстречу. 

     – Для чего ты, отче, пришел ко мне, худому и грешному, подвергнув себя такому мучению? – спросил его подвижник после взаимного приветствия. 

    Поведав святому о несчастье ученика, о своих за него молениях Богу, об услышанном решении, что тот должен терпеть наказание в аду до Пришествия Господня, старец отвечал: 

     – Ради того я пришел просить твое преподобие, чтобы ты посочувствовал мне, несчастному, и умолил Бога за бедного моего ученика, ибо я верую, что если ты попросишь Его, то Он услышит тебя. Не оставляй меня в скорби, но попроси Его, иначе я не уйду отсюда. 

    Добрый старец убедил великого Паисия помолиться Богу и умилостивить Миродержца больше своими слезами, чем словами. 

     – О, невозможно мне предпринимать такое дело, потому что оно – твоя забота, хотя, по причинам, ведомым только Богу, Он тебя сейчас не слышит. Суды Его – «бездна великая» (Пс. 35: 7), однако, чтобы не преслушать тебя, вот, я попрошу Создателя вместе с твоим преподобием, и что покажется Ему угодным, пусть так и будет. Ты останься на этом месте и проси Творца здесь, а я пойду просить Его во внутреннюю пустыню. 

    В том месте Паисий встал на молитву и, возвысив руки и ум свой к Небу, произнес: 

     – Творче всяческих, призри на моления наши, недостойных рабов Твоих, и яко благ, свободи от адовых уз душу ученика старца. 

    Когда он молился Богу так, и еще другими словами, то невозможно было не услышать его по истинному обетованию, данному ему Владыкой. Тотчас же Христос, невидимо присутствующий везде, явился ему и сказал: 

     – Чего ты просишь, раб мой Паисий? 

     – Ты, Господи, Который все ведаешь, знаешь, что я прошу помиловать непослушного и грешного ученика, находящегося в адских мучениях. Молю Тебя, услыши раба Твоего, и яко Сострадательный и Многомилостивый, избави его. 

     – Я определил его на адские мучения за преслушание и грех до тех пор, пока не приду на облаках вместе с Ангелами. 

    Тогда Божий избранник Паисий, снова стал просить Всемилостивого: 

     – Владыка всяческих, все подчинено повелениям Твоим. Легко Тебе, Творцу всего сущего, сойти сейчас точно таким же образом, как и тогда, во время будущего Пришествия Твоего. 

    После этих слов Спаситель вознесся на Небеса, а затем сошел на облаках в великой славе с Ангелами и Архангелами, с трубами и ликами праведников, вместе со всеми, с кем сойдет на землю в последний день Суда. После этого были поставлены престолы и страшные седалища, и призвана была на суд душа скончавшегося послушника. Она вышла из ада и, представ Судье, была отдана в руки Паисия, а потом своему старцу, который в тот момент напряженно молился, как о том было условлено между ними. 

     – Возьми из рук служителя моего Паисия душу ученика своего, избавленную от ада. Больше ты не увидишь ее в муках, но в покое, – возвестил духовнику Господь великую радость, и в тот же час пришла душа ученика и предстала пред старцем, признаваясь в том, что претерпела множество мучений в аду за свое преслушание, «потому что оно и стало причиной, что я впал в грех и был подвергнут мукам. Но за твои молитвы и молитвы божественного Паисия Человеколюбец помиловал меня и освободил от адских уз. И теперь я иду в место упокоения праведных». 

    Все это было явлено старцу во время молитвы. После того как он получил известие о спасении своего ученика, то сразу же пошел к великому Паисию и открыл бывшее ему видение. Тогда преподобный поведал авве о страшном явлении Господа и о всем, что видел сам, после чего оба они поблагодарили Бога, совершившего такие чудеса. 

     – Премного благодарю тебя, божественный Паисий, что молитвами своими ты спас не только отчаявшегося моего ученика, но мою собственную душу, которая подвергалась большой опасности, пребывая в скорби. Прошу же тебя, мне, что удивительного ты сделал, какие подвиги подъял на себя, что удостоился получить такие дары? – спросил Паисия старец. 

     – Прости меня, честный отче, потому что никакого дела достойного такого вознаграждения, не обретается во мне смиренном, но Божественный Промысл, Который устраивает все тем, кто просит от всей души, услышал твои молитвы и не презрел многую твою любовь к ученику твоему. Ведь своим поступком ты уподобился Милосердному, Который ради нас, людей, преслушанием изгнанных из рая и от обольщения лукавого ставших врагами Богу, родился от Приснодевы Марии, был воспитан, как обычное Дитя, пострадал, как Человек, и Своей смертью освободил нас. Он показал нам, что нет никакого другого более великого блага, чем чистая любовь. Ради нее за своих друзей полагают жизнь, как ты, отче, положил за своего ученика. Потому и услышал Вседержитель твое моление, и спас послушника. Я же человек грешный, и не знаю за собой никакого добра, потому недостоин никаких даров от Творца. Прости меня, священная душа, и давай поблагодарим и прославим Единого Сострадательного Человеколюбца, – после этих слов смиренномудрый и авва воспели Подателя всех даров, а затем, благословив друг друга, каждый вернулся к себе. 

    После этого великий Паисий перешел в безводную пустыню. Сделал он это для того, чтобы, с одной стороны, укрыться от людей, наблюдавших за его подвигами, а с другой стороны, чтобы спокойно наслаждаться медом безмолвия. Однако Бог не оставил в пустыне сей светильник незамеченным, но, желая, чтобы он просвещал и приводил ко спасению других, повелел выйти ему во внешнюю пустыню и укрепить местных иноков в равноангельном житии. 

     – А я, Господи, что приобрету с того, что оставлю пустыню, где радуюсь Твоим посещениям, и пойду к другим, которыми не могу руководить? Боюсь, Владыка, что наставляя их, я сам не смогу как должно исполнять Твои повеления и буду осужден за свое небрежение, – смиренно вопрошал Всемилостивого подвижник. 

     – Нет, за тот труд, который ты предпримешь ради спасения других, получишь награду несравненно большую – щедрое вознаграждение в Вышнем Иерусалиме, – ободрил праведника Всеблагой. 

    Подчиняясь Божественному повелению, Паисий вышел во внешнюю пустыню, где монахи встретили его с ликованием. «Желал видеть его и я, – говорит преподобный Иоанн, – и сколько возможно насладиться Божественной благодатью от одного его вида, поэтому я пошел к нему и, прежде чем постучать в дверь его кельи, услышал, что он беседовал с другим человеком. Постеснявшись стучать, я встал снаружи, однако произвел небольшой шум. Тогда, услышав его, праведник вышел во двор и, увидев меня, радостно обнял, поцеловал и пригласил в келью, внутри которой никого не было. Я стал недоумевать, с кем незадолго до этого беседовал преподобный. 

    – Что ты смотришь здесь и там, и недоумеваешь, как будто видишь нечто странное? – спросил меня великий Паисий. 

    – Действительно, я вижу странное и пребываю в недоумении. Незадолго до этого я слышал голос другого человека, который беседовал с тобой, а сейчас никого не вижу. Что это такое я не знаю. Прошу твое преподобие открыть мне эту странную тайну, – ответил я. 

    – О, Иоанн, странное чудо откроет тебе сегодня Бог, а я должен показать тебе любовь, которую имеет к нам Его благость. О наилучший из друзей, тот, кого ты слышал беседующим со мной, был Константин, первый христианский царь. Посланный Богом, он сошел с Неба и сказал мне: «Блаженны вы, которые сподобились монашеского жития, ибо это о вас сказал Спаситель в одной из заповедей блаженства». Я спросил у него: «Кто ты, господин, что говоришь это и весьма ублажаешь нас, монахов?» Он отвечал: «Я, Константин Великий, сошел с Небес, чтобы поведать тебе о славе, которой наслаждаются в вечности монахи, и о дерзновении, что они имеют ко Христу. Я ублажаю тебя, Паисий, что ты склоняешь их к этому священному подвижническому житию, а себя упрекаю и осуждаю, что не попал в этот величайший чин». Тогда я снова говорю ему: «Почему ты, дивный, обвиняешь себя? Разве ты не вкусил той вечной славы и божественного освящения?» На это он отвечал: «Да, вкусил, но не имею ни того дерзновения, что имеют монахи, ни равной с ними чести. Ибо я видел души некоторых монахов, которые по разлучении с телом, парили, подобно орлам, и с большой смелостью восходили на Небеса, и никто из демонов не дерзал к ним подступиться. Потом я видел, как открывались для них райские двери, они входили внутрь и, представ пред Небесным Царем, с великим дерзновением стояли у Престола Божия. Вот почему я ублажаю вас, монахов, а себя, который не сподобился получить такое дерзновение, осуждаю. Ах, если бы я оставил временное царство, царский наряд и венец, стал бедным, надел рубище и исполнял то, что требует монашеское житие». Я же отвечал ему: 

    – О священнейший царь, все, что ты говоришь, хорошо, ибо служит к нашему утешению. Но таковы суды Бога нашего и несправедливо о праведных судах рассуждать иначе, ибо Он есть Судия Праведный, и каждому воздает по достоинству, и награду дает в соответствии с его трудами. Твоя жизнь не была исполнена таких трудов, и нисколько не была похожа на жизнь монахов: у тебя была помощница-жена, дети, рабы, различные наслаждения и удовольствия. Монахи же, презрев все радости и наслаждения временной жизни, приняли Бога вместо всех этих мирских благ, и Он был для них радостью и их богатством, а исполнение угодных Ему повелений они вменяли за наслаждение и великое удовольствие, терпя, по апостолу, «недостатки, скорби, озлобления» (Евр. 11: 37). Так что нельзя тебе, о царь, сравняться с ними. 

    В то время, когда мы беседовали об этом, пришел и ты, брат мой Иоанн, а он тотчас же вознесся на Небеса. А сейчас, когда благодаря этой тайне ты ясно понял, виновниками скольких благ бывают подвижнические труды, укрепи братию, – закончил свой рассказ Паисий. 

    Я, Иоанн, воздал многое благодарение Богу, а затем, достаточно побеседовав со святым Паисием, в радости и веселье вернулся к себе в обитель». 

    В одном селении обитал некий старец, который, по неведению впав в заблуждение, говорил, что христиане должны служить только Отцу, а Сына и Святаго Духа не должны ни почитать, ни даже Богом называть. За этим зломудрием последовало значительное количество народа, но Вседержитель не хотел, чтобы все эти люди погибли и пропали подвижнические труды заблудшего старца. Преподобному было открыто, где находится это селение, и он пришел в него. С собой присноблаженный принес множество корзин с тремя ручками. Сбежавшиеся люди не узнали Паисия и очень удивлялись такой своеобразной конструкции, спрашивая преподобного, что это такое, и что он собирается с этим делать. 

    – Хочу продать, – отвечал великий. 

    – А зачем ты сделал их с тремя ручками? 

    – Поскольку я поклоняюсь Святой Троице, то и на деле должен показывать три Лица Святой Троицы, воспевать Ее и прославлять Триипостасное Божество, имея в руках знамение Троицы. Подобно тому, как Святая Троицы есть одно Естество с тремя Лицами (если же кто думает по-другому, весьма заблуждается), то так же нужно рассуждать и об этих корзинах. Каждая из них имеет одно естество, в трех созерцаемое, поскольку в трех ее ручках в равной степени пребывает все естество корзины. Так и невещественное естество и преестественное Божество пребывает в равной степени в Трех Ипостасях, то есть в Трех Лицах – Отца, Сына и Святаго Духа, – и находится в каждом из Трех Лиц, а потому называется не Четверица, и не Двоица, но Троица. Одно Лицо Святой Троицы не больше Второго, а Второе, - не меньше Первого. 

    После этого, как божественный Паисий вкратце поведал все это, старец и все находившиеся там познали истину. 

    – Преподай нам еще, дивный, чистое православное учение, используя подобные же явные доказательства, потому что своими первыми словами ты нас напугал, – с благоговением сказали они ему. 

    Тогда преблаженный дерзновенным гласом ниспроверг все богохульные слова еретиков, показав, что они не прочнее паутины, а основы православной веры объяснил им более пространно, с большим числом примеров, чем привел своих слушателей в истинное познание Святой Троицы. Затем, наставив их всех, научив исповедать свои заблуждения и покаяться в прежнем зломудрии, праведник возблагодарил Создателя и вернулся в свою пустыню. Когда он уже подходил к ней, перед ним внезапно воссиял свет, который исходил от множества Ангелов, наполнивших пустыню. В этот момент он услышал голос своего Небесного Хранителя: 

    – И когда ты был здесь, Паисий, и когда ты ушел, мы, согласно данному тебе Божию обетованию, охраняем обитающих в этой пустыне монахов. 

    После этих слов подвижник еще больше стал славословить Всеведущего, имеющего попечение о всех людях. 

    Молва о святом разошлась почти по всей вселенной и подвигала любителей добродетели идти к нему, чтобы получить благословение. Будучи в то время еще юным, великий в отцах преподобный Пимен также имел сильное желание увидеть Паисия, поэтому пришел к преподобному Павлу и стал просить его вместе с ним пойти к достославному. Павел был другом Паисия и часто навещал его. 

    – Смущаюсь я, чадо, вести тебя к нему, потому что ты еще молод, а он высок в добродетели, потому мы не ходим к нему, как попало, но с великим размышлением и благоговением, да и то не всегда. Чаще всего, ради общей пользы, мы встречаемся с ним в подходящее время, – вразумлял Пимена Павел. 

    – Когда мы придем, я останусь за дверью. Для меня будет необычайной радостью уже и это, и я буду считать великим подарком, если всего лишь услышу его божественный голос. Но если и это невозможно, я согласен только дотронуться до кельи великого Паисия, и тогда, верую, уже спасусь. Когда же ты выйдешь из нее, я получу щедрое благоговение, обняв твои ноги, которые ступали по той же земле что и прекрасные ноги присноблаженного, – смиренно уговаривал Пимен. 

    Павел подивился столь сильной вере юного инока и, взяв его с собой, отправился к преподобному. Когда они пришли на место, то внутрь кельи вошел только Павел. После сердечной встречи божественный Паисий спросил его о Пимене и сказал другу: 

    – Нехорошо препятствовать тем, кто приходит к нам, и оставлять их на улице. Они, как говорит наш Спаситель, легко попадают на Небо. 

    С этими словами святой обнял юношу и, благословив его, предсказал, что «этот юноша спасет множество человеческих душ, и многие через него удостоятся рая, потому что с ним явно пребывает рука Господня, которая хранит его и ведет к Божественным заповедям». 

    Однажды, когда священный Паисий постился уже двадцать один день, ему явился Христос. 

    – О избранник мой Паисий, много ты пострадал за Меня, – сказал Он пустыннику. 

    – Что же великого в ничтожном моем страдании, благой мой Владыка? Ведь Ты, по Своей благости, Сам даешь мне силу, – искренне удивился подвижник. 

    – Каждое доброе дело Мне приятно, и тем, кто совершает его, Я хочу дать награду, равную их трудам. Следуй за Мной. 

    Так Паисий пошел за Спасителем. Когда они достигли неведомой пещеры, Искупитель попросил блаженного войти внутрь, туда, где находится истинный подвижник. Он увидел человека, который катался по земле и терся лицом о нее. Недоумевая о чрезмерности подвига этого мужа, преподобный вышел из пещеры и стал молить Сладчайшего Иисуса поведать ему о таком великом подвиге. 

    – Видел Моего подвижника, какие он несет труды ради Меня? 

    – Видел, Владыка, и содрогнулся от его трудов. Прощу Твою благость, открой мне, что это за подвиг? 

    – Он постится только два дня, но видишь, как он мучается от голода и жажды? 

    – А как же я пощусь двадцать два дня, и ничего подобного со мной не случилось? 

    – Потому что тебя укрепляет Моя благодать, и ты можешь поститься безболезненно. Но тот авва постится по собственному произволению и, сгорая от великой любви ко Мне, со многими трудами терпит свыше своей силы. 

    – Какую награду получит он от Твоей благости за свои два дня? 

    – За эти два дня он получит плату, равную той, что получишь ты за двадцать два дня. И тебе, который получил пять талантов, Я также скажу: «Войди в радость господина твоего» (Мф. 25: 21), и ему, который получил два, потому что вы в равной степени совершили добро, и оба показали ревность по вашей силе, – с этими словами Спаситель стал невидим. 

    Вернувшись в свою келью, отец Паисий увеличил свои подвиги и молил Бога позволить ему стать выше пищи, а пищей его, как мы уже говорили ранее, было еженедельное воскресное Причащение Пречистого Тела и Честной Крови Господа нашего Иисуса Христа. 

    – Что ты снова просишь о пище, когда ты и так совсем ничего не ешь? Если тебе нужно что-нибудь другое, проси это, – наставлял великого авву Спаситель. 

    – Прошу Тебя, Господи, когда я выхожу из пустыни, чтобы посетить братьев, позволь мне как можно скорее возвращаться снова в пустыню, потому что я не могу выносить промедления в посещении других, когда сам лишаюсь Твоего посещения. 

    – Не печалься об этом, потому что когда ты выходишь из пустыни, Я не удаляюсь из нее, и не покидаю тебя, но всегда с тобой. 

    – Молю Тебя, Христе мой, избавь меня от гнева, – продолжил Паисий. 

    – Если хочешь победить гнев и ярость, остерегайся упрекать ругать или презирать кого-либо. Если исполнишь все это, то тогда не будешь гневаться. 

    – Владыко, Человеколюбче и Долготерпеливе, если кто исполняет Твои заповеди и навещает любящих Тебя, чтобы послужить в их нуждах, что такой получает – награду или вред? 

    – Подобно тому, как земледелец, работающий в поле, получает плату от хозяина поля, так и те, кто совершают добро и помогают или учат других, получат на Небе щедрые награды. 

    – Господи, какая разница между тем, кто подвизается в добродетели и служит другим, и тем, кто только подвизается, но не служит? 

    – Тот, кто подвизается сам и другим служит, есть сын и наследник Мой. 

    – А если тот, кто старается служить другим и сам подвизается по силе, однако это служение препятствует ему, и он не достигает меры подвига тех, кто не имеют таковых препятствий, получит ли он равную с ними награду? 

    – Да, такой получит равную с ними награду, – провозгласил Христос и вознесся на Небеса. 

    В областях Сирии жил один подвижник, украшенный различными добродетелями. Однажды, когда он молился, к нему пришел помысел, не достиг ли он меры угодников Божиих. В этот момент он услышал голос: 

    – Ступай в Египет. Там ты найдешь подвижника по имени Паисий, который имеет смирение и любовь к Богу, равные твоим. 

    Ни минуты не думая о далеком расстоянии, почтенный старец немедленно отправился в Египет. Достигнув Нитрийской горы, он стал спрашивать о Паисие, которого знала вся округа, и сирийский инок без труда нашел пустыню обитания нашего праведника, где преподобный сам встретил гостя из Сирии. Преподобные радостно обнялись и дали друг другу целование о Христе, после чего пришли в келью Паисия и, сотворив молитву, присели. Первым начал говорить старец, причем говорил он на сирийском наречии, а Паисий знал только египетское. Опечалившись оттого, что он не понимал душеполезных слов старца, преблаженный немедленно встал и, воздвигнув к Небу руки, возгласил: 

    – Сыне Божий и Слове, дай мне, рабу Своему, благодать Твою разуметь силу слов старца. 

    И – о чудо! – скорое посещение Господа! Тотчас же Паисий стал говорить и понимать сирийский язык. 

    Во время этой продолжительной беседы один рассказывал другому о видениях, которых каждый удостоился, с какими кто отцами общался, какие добродетели имели те аввы. Через шесть дней, когда сирийский и египетский пустынники все сказали друг другу, старец стал собираться в дорогу. Тогда Паисий позвал своих учеников и обратился к ним с такими словами: 

    – Вот, любезные чада, перед вами праведник, совершенный в добродетели, исполненный Духа Святаго и Божественных благодатей. С благоговением возьмите у него благословение, которое будет для вас как башня, защищающая от врагов. 

    И в ту же минуту иноки упали на землю и, сотворив поклон перед преподобным старцем, горячо просили у него молитв и благословения. Помолившись о них, почтенный монах ушел в свою страну.

          Через некоторое время пришел к великому Паисию один отшельник, ученики же преподобного стали говорить ему: 

    – Отче, если бы ты пришел чуть раньше, то приобрел бы для себя большую выгоду, ибо к нам приходил человек Божий из Сирии, светлый умом и сердцем, который, наставив нас спасительными словами, отошел незадолго до твоего прихода. Если хочешь, ты можешь еще догнать его, потому что он должен быть недалеко от наших мест. 

    Подвижник уже было побежал, чтобы догнать сирийца, однако блаженный Паисий остановил его: 

    – Стой не ходи, потому что тот гость уже на расстоянии восемнадцати миль отсюда, несомый к себе домой облаком. 

    Услышав это, все удивились и прославили Бога. 

    Пришел к авве Паисию один брат и застал его спящим. Покой его охранял необыкновенной красоты Ангел. Подивившись этому, инок сказал: 

    – Поистине хранит Господь надеющихся на Него, – и, прославляя Создателя, Который превозносит любящих Его, удалился. 

    У священного Паисия был один ученик, весьма простой помышлениями, но во всех повелениях послушный преподобному. Однажды, когда он пошел в Египет продавать рукоделие, то по дороге встретил одного еврея, с которым и продолжил свой путь. Поняв простоту монаха, еврей стал изливать на него гнусным своим языком яд змея-душегубца: 

    – О монах, как ты можешь верить в Распятого, Который не был Мессией? Ибо Мессия – другой, а не Тот, в Кого вы, христиане, верите. 

    – Может оно и так, как ты говоришь, – по своему незлобию и сердечной простоте прельстился этими словами инок, и в ту же минуту – о горе! – потерпел несчастье, лишившись благодати Святого Крещения. Когда он вернулся в пустыню, то божественный Паисий не только не принял его, но ни глядеть на него не хотел, ни приближаться к нему, ни беседовать с ним, но лишь отвращался от него. 

    Ученик сильно опечалился, недоумевая, отчего духовник так переменился к нему, и, припав к его ногам, спросил: 

    – Отче, почему ты чуждаешься меня, несчастного, не желая видеть, гнушаешься мной как мерзости, хотя раньше так ко мне не относился? 

    – Кто ты, человек, я тебя не знаю! – отвечал на эти реплики Паисий. 

    – Отче, что такого необычного ты увидел во мне, что не узнаешь? Разве я не твой ученик? 

    – Мой ученик был христианином и принял Таинство Святого Крещения, а ты нет. Если же ты тот ученик, то почему не имеешь Крещения? Скажи мне, что с тобой случилось по дороге? 

    – Ничего. 

    – Уйди от меня, потому что я не могу слышать речь человека, который отрекся от Христа. Если бы ты был моим учеником, то я увидел бы тебя таким, каким ты был прежде. 

    Тогда отступник застонал и стал проливать слезы, подвигая старца на милость и говоря, что именно он (а не кто-то другой) его ученик, что он совершенно не знает за собой греха, и не делал ничего дурного. 

    – С кем ты разговаривал по дороге? – поинтересовался тогда преподобный Паисий. 

    – Только с одним евреем, больше ни с кем. 

    – А что тебе сказал еврей и что ты ответил ему? 

    – Он ни сказал мне ничего другого, кроме того, что Христос – не тот, кому поклоняемся мы, христиане, тот еще только придет. Я же согласился с его доводами. 

    – Жалкий, что может быть хуже и сквернее того, что ты сказал? Ибо этим самым ты, несчастный, отрекся от Христа и совлекся Святого Крещения. Итак, ступай и оплакивай себя, как хочешь. Не имеешь ты части со мной, потому что имя твое написано с теми, кто отрекся от Иисуса, и с ними же ты будешь мучиться. 

    – Отче, помилуй меня, несчастного, ибо не знаю, что со мной будет. По неосмотрительности я совлекся Крещения и обрадовал демонов. После Бога к тебе я прибегаю, не презри меня несчастного, – воскорбел и закричал монашествующий после обличения Паисия. 

    Упрашивая так, ученик более слезами, чем словами умилостивил старца, и тот сказал ему: 

    – Потерпи, чадо, я попрошу Человеколюбивого и Милостивого Творца за тебя. 

    С этими словами он стал горячо просить Создателя простить своего ученика, и Господь не замедлил дать ему прощение и удостоил снова благодати Святого Крещения. В ознаменование этого божественный Паисий увидел, как Дух Святый в виде голубя вошел в уста ученика, а дух хулы – вышел, как дым, и растаял в воздухе. 

    – Прославляй, чадо, Всемогущего, и благодари Его вместе со мной, потому что нечистый дух хулы вышел из тебя, а вместо него вошел Дух Святый. Снова дан тебе дар Крещения итак, хорошо внимай себе, чтобы не попасть еще раз в сети бесчестия по причине своего небрежения и невнимательности, и не предать душу свою на огонь вечного мучения за какой-нибудь другой грех, – обратился подвижник к своему послушнику, наставляя его. 

    Пришел некогда к священному Паисию один старец по имени Иоанн, который от долгого пути по пустыне сильно устал и нуждался в пище и отдыхе. Когда они достаточно побеседовали, Паисий велел своему ученику приготовить трапезу, чтобы разделить ее с Иоанном. Послушник исполнил повеленное старцем, однако посетитель, сославшись на свои многие грехи, отказался вкушать от братской трапезы. Удивившись непреклонности Иоанна, блаженный тотчас же встал и из глубины сердца произнес: 

    – Господи, посети раба Своего Иоанна, который подвергает себя крайнему подвигу за имя Твое. 

    И с окончанием молитвы божественного, Иоанну был дан чудный дар: некий прекрасный юноша протянул ему еду и питье. Придя в себя, Иоанн исполнился радости и насытился, не нуждаясь в рабской пище, он был насыщен Ангельской. Встав, он поблагодарил Бога и божественного Паисия, снова вернулся в пустыню, так ничего и не вкусив от приготовленной трапезы. Прилагая к прежним постам другие, он говорил себе: «Ты сытно поел, Иоанн, должно тебе теперь и попоститься со всяческой ревностью». Таким образом, мужественный продолжал подвизаться, побеждая, по молитвам священного, свою плоть. 

    Жил в пустыне один новоначальный монах, которого сильно беспокоили бесовские помыслы, поэтому он решил прийти к Паисию Великому и попросить у него помощи: 

    – Помолись Всемилостивому о мне, худом, ибо имею я жестокую брань от демонов. 

    Зная, что тот творит свою волю и следует за демоном блуда и тщеславия, преподобный решил воспрепятствовать этому и ответил: 

    – Чадо, не от демонов ты имеешь брань, как думаешь, они даже не почувствовали, что ты пришел в пустыню. Но ты имеешь брань от своих же помыслов, поэтому ступай и подвизайся надлежащим образом, прося Бога посетить тебя, хотя демоны и будут сильно искушать тебя. Вот тогда ты хорошо познаешь их прилоги и узнаешь, что испытывают те, с кем они борются, – с этими словами он отпустил юношу восвояси, а затем от всей души стал просить Бога сохранить инока невредимым. 

    – Что тебе до меня, Паисий, за что ты гонишь меня? Ты весьма несправедлив ко мне, хотя я не борю тебя, – зарычал в этот момент на преподобного начальник демонов. 

    – Оставь юного монаха и не донимай его лукавыми помыслами, – выступил против него праведник. 

    – Поверь мне, ибо я и не знал, что этот юноша пришел в пустыню, и не беспокоил его совсем. Он имеет брань от собственных помыслов. Отныне же пусть будет теперь готов испытать и мои страшные искушения и прилоги, которые я изобрел, чтобы воевать с ним, – отвечал с бесстыдством и великой гордостью демон. 

    – Бог да запретит тебе, враг истины, и ввергнет тебя в неугасимый огонь мучения, – настаивал на своем подвижник, и лукавый хотя и исчез, но не отступил от своих слов. 

    Нечистый воздвиг на новоначального брань; юноша же, искушаемый различными ухищрениями беса и будучи не в силах их переносить, снова прибег к непоколебимой башне – Паисию Великому. Повествуя ему об искушениях врага, он говорил, что не может больше терпеть злобу, с которой вооружается на него нечестивый. 

    – Разве я не говорил тебе, чадо, что тогда враг еще не знал, что ты пришел в пустыню? – сказал преподобный. 

    Затем наставив его и дав совет правильного жительства, преподобный стал молиться: «Господи Иисусе Христе, Сыне и Слове Бога и Отца. Не дай погибнуть от демона созданию Своему, но помоги ему с Небеси, яко сила Твоя непобедима, и все послушествуют ей». 

    И тотчас же перед ним явился Ангел Господень, имея с собой беса, связанного цепями. 

    – Возьми нечестивого и спрашивай его, ныне связанного, о чем хочешь, – сказал Небесный посланец. 

    – Горе мне, до каких пор ты будешь мучить меня своей молитвой и оберегать ею обитающих в этой пустыне? Какой я несчастный, и сколько мне еще страдать, если я останусь здесь. Поэтому ухожу я совсем далеко отсюда, – вскричал при этом демон. 

    – Отступник и враг рода человеческого, скажи мне, зачем ты беспокоишь и искушаешь юношу, воздвигая на него жестокую брань? Зачем с такой яростью и жестокостью ты восстаешь на тех, кто только полагает начало подвигу? – стал допрашивать нечистого преблаженный. 

    – Я не приближаюсь к новоначальным, когда они только вступают на путь добродетели, потому что благодать Господня мне не попускает мучить тех, кто подвизается с великой теплотой. Но после того, как по причине их собственного небрежения Божественная благодать отступает от них, я подхожу к ним и овладеваю ими как добычей, делая из них посмешище. Потому сначала я не ополчаюсь на них, но потом же воюю на них беспрепятственно. А когда увижу, что они вновь стали ревностными и преуспевают духовно, тогда веду с ними еще большую брань, чтобы с помощью своих постоянных подвигов и добрых дел они не соединились с Божественной благодатью и не стали бы непобедимыми и неодолимыми. 

    С того дня инок освободился от бесовского досаждения и завистливый бес более уже не мог воевать на него. Укрепленный молитвами священного Паисия, юноша богоугодно завершил свое подвижническое житие и сподобился доброй кончины. 

    – В то время, когда я, – продолжает свое повествование преподобный Иоанн, – в очередной раз отправился к божественному Паисию, к нему пришли несколько монахов, чтобы послушать его полезные наставления. 

    – Храните предания отцов, и более повеленного вам не делайте, – ответил им праведник. 

    Тогда иноки снова стали его просить: 

    – Скажи нам еще что-нибудь на пользу души. Угадывая духовными очами их помышления, подвижник стал говорить каждому, о чем тот думал, и какие из мыслей были добрыми, а какие худыми, и отчего у них эти помыслы появились. Весьма дивясь этому, каждый из иноков наедине говорил мне: 

    – Отче Иоанне, поистине, все душевные наши страсти, о которых знает только Бог, преподобный открыл нам одну за одной. 

    – Поверьте мне, что все, о чем бы я ни думал, или чего бы ни делал наедине, старец не раз открывал мне во время наших встреч. 

    Следуя своей воле и исполняя свое желание, некий брат оставил пустыню и поселился близ одного города. Поскольку ему приходилось часто ходить в селение, чтобы продавать свое рукоделие, он встретил женщину-еврейку, которая сгорала от сатанинской любви к нему. При содействии демона, прельстившись своими помыслами, инок попал в сети к еврейке и пал. Но самым худшим было то, что он отрекся от христианской веры, принял иудейскую, и стал жить с той еврейкой; она так подействовала на него, что он скоро уподобился ей в нечестии. А эта трижды проклятая жена в такую погибельную пропасть ниспала и достигла такого бесстыдства, что часто брала несчастного за голову, открывала ему рот, и тонкой палочкой вычищала ему между зубами, чтобы не осталось и малейшей крошки от Святого Причащения Пречистых Тайн. О безбожие! Знаю, братия, какую вы испытываете печаль, слыша это, и какую сердечную боль. Я же дивлюсь великому долготерпению Божию. Однако скажу вам и то странное, что случилось с ним, дабы вы подивились безграничному человеколюбию Миродержца, которым Он удостаивает нас свыше. 

    Тот человек, который преслушанием был отлучен от христиан за свое нечестие, по прошествии времени был просвещен светом Божественного домостроительства, пришел в себя и раскаялся в содеянном. Некоторые монахи из обитавших в той же пустыне, где он раньше и сам жил, пойдя в город по своим нуждам, зашли в дом той коварной еврейки. Увидев их, он был уязвлен в самое сердце, вспомнив старое и священное братство иноков, после чего спросил, откуда они, как их зовут и зачем пришли в город. Братия отвечали, что они из Нитрийской пустыни, ученики божественного Паисия, а в город пришли по своим нуждам. Тогда согрешивший стал горячо упрашивать их, чтобы они попросили своего авву помолиться о нем Богу и умилостивить Создателя своим славословием, чтобы избавить его, несчастного, от козней врага. 

    Монахи пообещали брату, что исполнят его просьбу и попросят Паисия стать ходатаем перед Спасителем. Когда они вернулись в пустыню, то открыли старцу все, что случилось с тем несчастным, передав его просьбу. Услышав эту историю, преподобный восстенал из глубины души: 

    – Увы, чада мои возлюбленные! Сколько великих мужей, упоминания о которых мы находим в Священном Писании, лишились из-за жен Божественной благодати, потому что нет у врага более удобного оружия для погибели мужей, чем женщина. Используя ее, он привык побеждать великих мужей. Вы знаете, что с помощью женщины он победил великого Давида, его предков и потомков. Поэтому мы всегда должны молить Творца, чтобы он избавил нас от ловушек демона. 

    После наставления, подвижник стал ходатайствовать за отпавшего: 

    – Господи Иисусе Христе, Сыне и Слове Бога и Отца, не попусти творению рук Твоих погибнуть до конца, но призри Незлобивый, на него с Небесного Твоего жилища и приими молитвы, приносимые мной за того, кто вначале отрекся от Тебя, а сейчас снова пришел в себя и познал совершенное им зло. Молю Твою благость, воззови его к покаянию. 

    Присноблаженный молился таким образом много дней подряд и просил Милосердного Бога помиловать Свое создание. Наконец Спаситель услышал его просьбу и, явившись праведнику, спросил, за кого он ходатайствует: 

    – Может быть, служитель мой Паисий молится за того, кто отрекся от Меня и покинул Мой чин, пойдя вместе с супротивными Мне? Тот, кто некогда был монахом, а теперь стал евреем? 

    – Да, Человеколюбче Господи, за него молюсь я, возлагая надежды на Твое милосердие. Ведь Ты всех и всегда призываешь к покаянию, и не хочешь смерти грешника, но ожидаешь его раскаяния, потому и дерзнул я умолять Твою благость за него. Прошу Тебя, услыши раба Своего, буди милостив, и воззови заблудшую Твою овцу. 

    – Если ты хочешь, чтобы Я помиловал того беззаконника и отступника, и воззвал его к покаянию, то должен будешь согласиться, чтобы Я отобрал у тебя большинство наград и воздаяний, которые ты должен был получить за свои подвиги, и воздал Своим человеколюбием тому, кто достоин тысячи наказаний, – ответил пустыннику Христос. 

    – Да, Господи, я согласен с радостью, однако не знаю, есть ли у меня какое дело, угодное Тебе. Но, по Твоей благости, через которую и я получаю благодеяния каждый день, излей на него милость Свою, ибо я скорее предпочту быть наказанным за него, лишь бы он спасся, чем наслаждаться Твоими благодеяниями в то время, как он будет мучиться. 

    – Досточудны доброе твое желание и любовь к ближнему, Паисий которыми ты уподобляешься Моей любви к людям, поскольку ты рассудил лишиться подобающей тебе чести и спасения грешника, то и сей чести ты не лишишься, и грешник будет спасен, согласно твоему прошению. 

    Через некоторое время, по причине Божественного гнева, та злая жена умерла, а Исаак (так звали падшего монаха) снова вернулся в пустыню. Наставленный великим Паисием, он вновь принял христианскую веру и стал с большой ревностью подвизаться в иноческом житии, провел остаток жизни в послушании, благочестии и добродетели и с миром упокоился о Господе. Тот инок по молитвам священного Паисия сподобился спасения, а мы, слушающие об удивительных чудесах преподобного, должны прославлять и величать Бога. 

    В монастыре блаженного жил один пресвитер, все время помышлявший о мирском. И когда другие иноки ходили к преподобному послушать полезные поучения, вместе с ними ходил и этот пресвитер. Но даже слушая из уст Паисия Божественные слова, он не получал от них никакой пользы, потому что не ставил перед собой доброй цели, сердце его было не управлено в путях Господних. Более того, пресвитер не только не получал пользы, но мирскими своими речами искажал слова преподобного и издевался над ними. 

    Негодуя на него, прочие иноки пришли к одному боголюбивому старцу и стали жаловаться на этого священнослужителя. Тогда авва вместе с ними пошел к Паисию Великому, а за ними последовал и этот пресвитер. Зайдя к праведному, старец сказал: 

    – Знай, отче, что сей священник служит причиной вреда и соблазна для братий. Ты должен воспрепятствовать ему в этом и запрещением исправить. 

    – Давно я уже котел сделать то, о чем ты мне говоришь, если бы был уверен, что он получит пользу. Ведь диавол уже готов увлечь его в погибель, и если этот человек услышит от меня суровое слово, то оставит братство и уйдет в мир. Тогда я окажусь виновным в его погибели, потому что не смог потерпеть брата, на которого ополчился враг. Но мы должны попросить Бога избавить его от этой страсти, – ответил великий и помолился Творцу за пресвитера, и тотчас же изгнал из него беса бесстыдства и своенравия.

      Священник же в тот же момент был уязвлен желанием покаяния и, обличаемый совестью, сильно опечалился. Исповедуя прежние свои прегрешения больше слезами, чем словами, он просил прощения за все сотворенное и пообещал воздерживаться от зла и в будущем исправиться. С той поры он стал благочестивым и кротким, с благоговением слушал божественные слова преподобного и с радостью их исполнял. При содействии молитв блаженного Паисия и благодаря долготерпению Человеколюбца, он превзошел в добродетелях многих, став опытным отшельником. 

    Однажды, когда божественный молился в своей келье, к нему пришел Христос с двумя Ангелами, как некогда к патриарху Аврааму, и сказал: 

    – Радуйся, Паисие, ныне ты должен принять нас. Подражая патриарху, Паисий охотно оказал прием и, не став заботиться о приготовлении пищи и пития, как тот, он принял Вездесущего чистыми помыслами. Затем, налив воды в умывальницу, он умыл, – о чудо! – по крайнему снисхождению Господа, пречистые Его ноги. Паисий прилежно заботился о приеме гостей, Спаситель показал ему Свою великую любовь. Поскольку же вымыть ноги гостям – это самое лучшее в гостеприимстве и наиболее угодное, а Паисий все исполнил, то Христос возвестил ему: 

    – Мир тебе, избранный Мой служитель, – после чего стал невидим. 

    Пламенея от Божественной любви и подражая Клеопе, ибо сердце его горело и сильно билось в груди, Паисий устремился к воде, которой омыл ноги Господа, и с сильным желанием выпил ее, оставив немного ученику, бывшему в то время в Египте. Когда тот пришел, сильно уставший от пути, преподобный послал чадо к умывальнице выпить ту воду, что там осталась, дабы погасить жажду от знойного солнца. 

    Ученик отвечал, что исполнит его повеление. Однако в уме он стал упрекать старца в том, что он послал его пить не чистую воду из источника, а грязную, в которой мыли ноги. Пока послушник так рассуждал, подвижник снова отправил его к умывальнице, ученик отвечал: «Иду», а сам не пошел. Праведник велел ему и в третий раз выпить той воды, но он не послушался. Тогда Паисий сказал ему: 

    – Вот, чадо, ты получил награду за свое преслушание, лишившись Божественных милостей. 

    Услышав это, инок сильно опечалился и подбежал к умывальнице, но ничего там не обнаружил. 

    – Отче, в умывальнице нет воды, – обратился он тогда к авве. 

    – Да и как можно ее найти, когда ты показал себя недостойным. Ведь преслушание лишает ослушника Божественной милости, подобно тому, как послушание является их виновником у послушного. 

    – А что это за великий дар был, которого я лишился, и как он исчез из умывальницы? – опечалившись, спросил ученик. 

    И преподобный рассказал ему обо всем, что с ним случилось, добавив и следующее: 

    – Поскольку ты упорствовал в преслушании и не согласился выпить воду, что было велено тебе сделать трижды, с Небес сошел Ангел Господень и, с благоговением взяв в руки священную ту воду, снова вознесся на Небо. 

    Когда инок весь задрожал, затрепетал и пребыл долгое время безгласен. Затем, придя в себя, он стал сокрушаться и оплакивать свое несчастье, громко рыдая: 

    – Горе мне, несчастному, какое благо я потерял! Какой завистливый демон не дал мне насладиться им! 

    Сжалившись, старец утешал инока: 

    – Адам, чадо мое, лишился рая за преслушание, приобретя вместо вечной жизни смерть. Будучи недостоин той славы и райских благ, он был изгнан. Вот так и ты лишился благодати, которой мог бы насладиться, за то, что преслушался моей заповеди. Но поскольку ты так сильно печалишься и раскаиваешься, восстань от преслушания, послушайся и тепло умилостиви Бога, испросив у него для себя прощение, ибо Бог милосерден к кающимся и милует молящих Его. 

    После этих слов ученик немного успокоился, однако, вспомнив снова то зло, которое претерпел, он стал вновь сильно печалиться. 

    – Отче, я совсем безутешен от помыслов и, как только вспомню ту благодать, которую потерял, оплакиваю мое несчастье, не зная, что делать. Я погружаюсь своими помыслами в отчаяние. Позволь мне пойти к какому-нибудь опытному старцу, может, там я избавлюсь от печали. 

    Взяв немного хлеба, божественный Паисий дал его ученику. 

    – Возьми хлеб и ступай в город. Там, рядом с городской стеной, справа, найдешь одного нищего, сидящего на навозной куче, в которого дети швыряют камни и смеются. Отдай ему хлеб и услышишь то, что послужит тебе на пользу, – промолвил ему подвижник. 

    Найдя того Божия человека, послушник стал ждать, пока дети прекратят играть, чтобы подойти. Но тот, увидев его, обратился к нему: 

    – Подойди и дай мне благословение, то есть хлеб, который послал твой старец. 

    Ученик передал его бездомному, и нищий стал целовать сей хлеб. 

    – Как поживает Паисий? Я очень хотел узнать о нем. А ты, чадо, почему медлишь выполнять то, что он тебе говорит, и не подчиняешься его повелениям? Разве ты не знаешь, что именно за свое преслушание ты лишился того Божественного омовения и благодати, которую ты бы получил от него. Но мало того, ты не только не слушаешь совета своего духовника, но приходишь к другому! Ты похож на того, у кого в руках чистая и холодная вода, но он не пьет ее, а скитается повсюду в поисках воды, чтобы утолить жажду. Итак, ступай и слушайся Паисия Великого, ибо тот, кто не делает этого, не подчинится и повелениям Спасителя нашего Христа, - обратился к иноку нищий. 

    После этого ученик, славя Бога, вернулся в пустыню и с тех пор стал во всем беспрекословно слушаться повелений преподобного Паисия. 

    Прошло немного времени, и ученик тот, вспомнив о той благодати, которой лишился, стал оплакивать свою погибель и снова просить Паисия Великого позволить ему сходить к тому человеку, что сидел на навозной куче. Преподобный же не советовал ему ходить, но поскольку из-за беспокоивших его помыслов тот не слушался, старец сказал ему: 

    – Чадо, тот человек упокоился о Господе. Но так как я вижу, что ты возлагаешь свои надежды только на него и слушаешься его советов, позволяю тебе идти. Ступай в северную часть страны и найдешь огромную гробницу. Войди в нее, там погребены тела трех святых мужей, которые удостоились пророческих дарований. Предузнав о своей кончине, они пришли к этой гробнице и легли там. Так вот, скажи тому, кто лежит посредине: «Силою Иисуса Христа, Который воскресил четверодневного Лазаря, раб Христов Паисий повелевает тебе воскреснуть и сказать мне то, что послужит к моей пользе». 

    После этих слов ученик с ревностью поспешил и, придя в северную область страны, нашел гробницу, зашел внутрь и сказал усопшему то, что велел ему старец. И – о чудо! – мертвец тотчас же воскрес и сказал: 

    – Почему ты не послушался меня, когда я советовал тебе подчиниться своему духовнику? Ступай, и без сомнения подчинись ему, слушай его слова, если хочешь спастись, потому что тот, кто не слушает его слов, поистине противится заповедям Христа, – с этими словами покойник снова почил, а инок, удивившись произошедшему, вернулся к священному Паисию. 

    С той поры помыслы его успокоились, и, совершенствуясь в добродетели, он стал стараться через послушание приобрести то, что потерял преслушанием. 

    Однажды пришли к Паисию Великому два родных брата. Они поселились в его монастыре и, проведя достаточное время в послушании, стали просить у святого позволения им жить уединенно в пустыне. Видя их ревность, он отпустил их. Уйдя на желанное безмолвие, братья много подвизались, отражая нападения врагов, но диавол через других монахов воздвиг на них брань. Содействием лукавого некий вор обокрал одного отшельника, и тот, желая найти нечестивца, услышал о каком-то старце, который обладал даром прозорливости и мог его указать. Когда он пришел к этому авве, на самом деле прозорливому не от Божественной благодати, а от бесовского действия, тот обратился к нему: 

    – Те двое монахов, которые поселились в этой пустыне, обокрали тебя. Не отпускай их, пока они не отдадут тебе твое. 

    После этих слов отшельник пошел к игумену Лавры, братьев схватили, с побоями привели в обитель и бросили в темницу, осудив на смерть за воровство, как злодеев. Узнав с помощью Божественной благодати об искушении, постигшем братьев, Паисий тотчас же пошел в Лавру. Все отцы вышли ему навстречу, среди которых был и тот обольщенный старец, считавшийся прозорливым. После того как все дали преподобному положенное целование, он спросил их: 

    – Братия, что вы сделали тем двум юношам, что ушли на безмолвие? 

    – Отче, они воры и за свой недостойный поступок были брошены в темницу. 

    – А кто вам сказал, что они воры? 

    – Вот этот прозорливец. 

    – Если бы дар пророчества у тебя был от Бога, а не от явного демонского обольщения, то не было бы видно беса при твоих устах, – обличил старца преподобный. 

    Эти слова внесли смуту, братия испугались, потому что речи священного Паисия были истинными и не подлежали никакому сомнению. Понося того монаха, отцы заставили его просить прощение за свои грех, а тот, испуганный, припал к священным стопам преподобного: 

    – Прости меня, отче святый, и помолись за меня, прельщенного. 

    Преподобный помолился за него Богу, и тотчас же из уст старца в образе свиньи, которая с яростью и гневом бросилась на присноблаженного, грозя растерзать клыками, вышел бес тщеславия. Но божественный запретил ему и отправил в преисподнюю. А тот, обольщенный прежде старец, стал обвинять самого себя, раскаялся, и, сильно оплакивая свое падение, молил преподобного, катаясь по земле, простить ему прошлые грехи, совершенные им в состоянии обольщения. Так же и другие монахи, которые через него были обольщены, обвиняя себя, сначала просили прощения, а потом, пригласив двух оклеветанных юношей, раскаялись в совершенном бесчестии и просили прощения за причиненные им побои. 

    Сжалившись над ними, отец наш Паисий наставил их должным образом, а затем отвел в сторону начальствующего над монастырем и, не назвав вора, открыл ему место, где находились украденные вещи отшельника, после чего вернулся в пустыню. 

    Узнав, как Бог помогает людям через преподобного Павла, Паисий отправился к нему. Встретившись, они стали пребывать неразлучно, помогая друг другу, и были подобны крепостной стене. С радостью принимая блага безмолвия, каждый день они придумывали новые подвиги. Будучи уже старцем и сверстником божественного Павла, и имея весьма ревностную душу, священный Паисий говорил ему: 

    – Будем же всегда подвизаться и трудиться пока есть время, потому что на земле нельзя прекращать работать добродетели, иначе невозможно угодить Господу. Страшно и стыдно будет нам, если час смертный застанет нас в небрежении. 

    – Вот я, о превосходнейший из отцов, последую твоему доброму совету, потому что, уповая на твои молитвы, верю что Бог сподобит нас окончить эту жизнь, работая добродетели, – отвечал преподобный Павел, с радостью слушая совет Паисия Великого. 

    Итак, оба они были чудотворцами, опытными врачами душ и телес, моля Вседержителя о всех, и для всех будучи виновниками спасения. 

    Поскольку нам много пришлось бы рассказывать о божественном Павле, мы оставляем этот труд другому. Однако и о священном Паисии до нас дошло очень много непонятного. Кое-что из известного, дабы подвигнуть слушателей к подражанию им, есть и в нашем повествовании, но не хватит слов, чтобы в точности описать высокое жительство божественного Паисия, да и сам он, по крайнему смирению, не хотел открывать свои подвиги; он всегда говорил, что высшей добродетелью является та, которая сокрыта от людского глаза. Еще он говорил, что самая высокая из добродетелей есть следование совету других, а не своей собственной воле. 

    Преподобный и в то время, когда безмолвствовал, и когда общался с кем-то, всегда старался угождать Богу. В безмолвии он возлюбил восхождение к Богу, а в общении желал спасения других. Удивительным был образ жизни подвижника: даже пребывая в монастыре, он скрывал его от других. Когда его хотели прославить, Паисий Великий немедленно оставлял сотворенное и тут же принимался за другое дело, дабы похвалами не нанести вреда предыдущему. Ведь поистине большую опасность представляют людские похвалы. Те же, кто гонятся за ними, мало от этого приобретают. Потому и Господь нам заповедует: «Пусть левая рука твоя не знает, что делает правая» (Мф. 6: 3). 

    А теперь настало время рассказать и о блаженной кончине преподобного. 

    Итак, сей воин Христов был призван Богом к Небесному блаженству когда достиг глубокой старости и, как светлая звезда просиял всевозможными добродетелями. Тело его с честью было погребено, а дух взошел в вечную жизнь. 

    Прошло немного времени, и отошел ко господу и всепетый Павел, бывший из чина божественного Паисия. Однако не только души этих великих подвижников соединились на Небесах, но и сами тела, будучи положены в разных местах, через малое время соединились следующим образом. Вы же, читатели, должны быть очень внимательны, слушая этот рассказ, потому что он поведает вам об одном странном чуде. 

    Когда досточудный Паисий скончался, божественный Павел пошел во внутреннюю пустыню и через некоторое время там преставился, после чего был с честью и благоговейно погребен. Услышав о кончине Паисия Великого, отец наш Исидор на небольшом судне отправился туда, где лежали святые мощи преподобного. Взяв их со всякими почестями, он положил святыню в уготованную для них раку и пустился в обратный путь, желая обогатить ими свою родину Писсидию. Он проплыл уже значительное расстояние, когда достиг пустыни, где лежали мощи аввы Павла: недалеко от берега судно встало и не двигалось вперед, но, будучи как бы живым, само собой устремилось к земле. Бывшие на корабле в течение двух дней прилагали все усилия, чтобы заставить корабль плыть вперед. Поняв, что заминка исходит от Бога, и не зная, как быть, люди успокоились и бросили руль. Тогда судно, управляемое невидимой рукой, поплыло само и встало неподвижно у берега, чтобы принять груз. В этот момент мореплавателям вышел известный отец той пустыни старец Иеремия. 

    – Люди, зачем вы противитесь чуду Божию, видя, что оно выше естества? Великий Паисий зовет своего друга, божественного Павла, желая, чтобы честные мощи того перенесли на корабль, так что выходите быстрее и ищите место упокоения сподвижника праведника. 

    Почтенный Исидор и бывшие с ним обошли всю пустыню в поисках мощей божественного Павла, а после того как нашли их, перенесли святыню на корабль. И – о чудо! – оба великих отца – Паисий и Павел – поистине были рулевыми, которые провели корабль по морю и избавляли от всех затруднений до тех пор, пока судно не достигло Писсидии. 

    Торжественное шествие, с псалмопением, возглавляемое великим Исидором, перенесло честные мощи святых в построенный им монастырь. И те, кого донимали бесы, и тот, кто страдал от других болезней, сразу же получали исцеление у раки преподобных. С тех пор Бог совершил через них столько чудес, что невозможно и перечислить. Я же, смиренный Иоанн, рассказал лишь малую их часть во славу Отца и Сына и Святаго Духа, ныне, и присно, и во веки веков. Аминь. 

    Написано преподобным отцом нашим Иоанном Коловом

    Канон преподобному Паисию Великому.

    Об избавлении от мук умерших без покаяния

    Тропарь, глас 2-й

    Божественною любовию от юности распаляемь преподобне, вся красная яже в мире возненавиде, Христа единаго возлюбил еси. Сего ради в пустыню вселися, идеже сподобися Божественнаго посещения, Егоже неудобь зрети и aнгельскима очима, паде поклонися. Великий же Дародатель, яко Человеколюбец, рече к тебе: не ужасайся возлюбленный Мой, дела твой угодна Мне. Се, даю тебе дар: о коем либо грешнике помолишися, отпустятся ему греси. Ты же в чистоте сердца твоего возгореся, прием воду и прикоснуся Неприкосновенному, умы нозе Его. И воду пив, даром чудес обогатися, грешники от муки молитвою своею избавляти, болящыя исцеляти, о, преподобие отче Паисие, и бесов от человек отгоняти ибо от сих грешников первый есмь аз. Молю тя, да умолиши Иже тебе обетова, да даст ми время покаяния, и простит мое согрешение, яко Благий и Человеколюбец, да со всеми и аз воспою Ему: аллилуиа. (Дважды)

    Слава Отцу и Сыну и Святому Духу. И ныне и присно и во веки веков. Аминь.

    Богородичен. Вся паче смысла, вся преславная Твоя, Богородице, таинства, чистотою запечатленна, и девством хранима, Мати разумеся неложна, Бога рождши истиннаго, Того моли спастися душам нашим.

    Канон, глас 6-й

    Песнь 1.

    Ирмос. Помощник и Покровитель бысть мне во спасение, Сей ми есть Бог, и прославлю Его. Бог отца моего и вознесу Его, славно бо прославися.

    Преподобне отче Паисие Великий, моли Бога о нас.

    Иже вся умудряющему Богу молися, преподобне о рабе своем, да отверзет ми устне недостоинии, и двигнет ми язык недоуменный. Тесноту же и худогласие, отче, разверзи благодатию, иже в тебе Святаго Духа, к пению чудес твоих.

    Преподобне отче Паисие Великий, моли Бога о нас.

    Начну убо достохвальное и душеполезное житие твое от младенства. Иже древле Египет великаго во пророцех произнесе Моисея, иже к Богу присвоением и великими чудесы прославися. Тако и ныне вторицею прославлен показася Египет, тебе ради, отче Паисие, честным именем твоим и многими добродетельми обогатися, еже дарова тебе Господь, Егоже моли, да спасет душа наша.

    Слава Отцу и Сыну и Святому Духу.

    В Царство Небесное вшед узким путем и прискорбным по заповеди Владыки своего Христа, преподобне отче Паисие, широкий и пространный путь возненавидев, распространьшийся мрак ума моего отжени, да возмогу малое сие моление принести в пречестную память твою.

    И ныне и присно и во веки веков. Аминь.

    Богородичен. Дух сокрушен подаждь ми, Благая, смиренно сердце, уму же чистоту и житию исправление и прегрешением оставление.

    Катавасия: Избави от муки вечныя усопшаго раба своего (назови имя), преподобне отче Паисие Великий, яко вси по Бозе к тебе прибегаем, ты бо молиши о нас Христа Бога нашего (поклон).

    Господи, помилуй (трижды с поклонами).

    Или сия катавасия: Избави от бед рабы своя, преподобне отче Паисие, яко вси по Бозе к тебе прибегаем, ты бо молиши о нас Христа Бога нашего (поклон).

    Господи, помилуй (трижды с поклонами).

    Песнь 3

    Ирмос. Утверди, Господи, на камени заповедей Ти подвигшееся сердце мое, яко Един Свят еси и Господь.

    Преподобне отче Паисие Великий, моли Бога о нас.

    Каменю веры Петру апостолу уподобился еси, распятся мирови во всей жизни своей, преподобне Паисие, и нозе свои невозвратно к небесному шествию управил еси, и горняго Иерусалима достигл, со святыми предстоя Святей Троице, моли о мне единаго Благаго Человеколюбца.

    Преподобне отче Паисие Великий, моли Бога о нас.

    Благочестиваго корени пресветлая отрасль, тебе избра Господь, ангел рече матери твоей, сей Богу угоден. Ты же от младенства крест свой взем, невозвратным путем Тому последова, и возрасташе леты и разумом купно и благодатию Божиею. Моли дати ми отпущение грехов.

    Слава Отцу и Сыну и Святому Духу.

    О, Владыко Господи Исусе Христе, кто не удивится Твоему человеколюбию, егда прииде желание преподобному иноческо житие получити к деланию заповедий Твоих, Твоею благодатию яко агнец непорочен изведеся в пустыню, и достигл словесных овец, и введеся к пастырю блаженному Памве, и облечеся во иноческий образ, в немже утверди и мене Господи, молитвами преподобнаго Паисия, к деланию заповедий Твоих.

    И ныне и присно и во веки веков. Аминь.

    Богородичен. Лютых мя мук, и тмы кромешныя и геенны, Твоими молитвами свободи, Дево, имаши бо волю и силу, Господа рождшая единаго Преблагаго.

    Катавасия: Избави от муки вечныя усопшаго раба своего (назови имя), преподобне отче Паисие Великий, яко вси по Бозе к тебе прибегаем, ты бо молиши о нас Христа Бога нашего (поклон).

    Господи, помилуй (трижды с поклонами).

    Седален, глас 2-й

    Душу связав любовию Христовою, земная возненавидев вся мудре, водворился еси, отче преподобне, в пустынях и горах, разумнаго древа вкуш славне, ангельски просиял еси. Темже и мрак прошед плоти своея, тму отгнал еси бесов Паисие, инокующым первый, моли Христа Бога, грехов оставление подати, чтущым любовию святую память твою.

    Слава Отцу и Сыну и Святому Духу. И ныне и присно и во веки веков. Аминь.

    Богородичен. Скорый покров и помощь и милость покажи на рабе Своем, Чистая, и волны укроти суетных помышлений, и падшую ми душу возстави, Богородице, вем бо, вем яко можеши, елико хощеши.

    Песнь 4

    Ирмос. Услыша пророк пришествие Твое, Господи, и убояся, яко хощеши от Девы родитися и человеком явитися, и глаголаше: услышах слух Твой и убояхся, слава силе Твоей, Господи!

    Преподобне отче Паисие Великий, моли Бога о нас.

    Законострадальческое житие от мягких ногтей восприим богомудре Паисие, даже до конца пребыл еси, яко божествен доблественник венец приял еси победы от всех Царствующаго, молитвами своими избавляти от муки грешники, от них же первый есмь аз, не забуди мене.

    Преподобне отче Паисие Великий, моли Бога о нас.

    Имуще молитвенника крепка блаженне Паисие, и обещника печальным, предстателя и поборника и ходатая благочестна, от всяких спасаемся бед, напастей и обстояний.

    Слава Отцу и Сыну и Святому Духу.

    Велию судеб бездну имеяй, Той тебе рече: се, бо даю ти дар, да все еже просиши от Отца Моего во имя Мое, дастся тебе, о коем либо грешнике помолишися, оставятся греси того: сего ради припадаю ти, отче Паисие, имея бездну согрешений, да отпустит твоими молитвами Иже тебе обетова, яко Благ и Человеколюбец.

    И ныне и присно и во веки веков. Аминь.

    Богородичен. Глагол провещай, егда право имам судитися, Богородительнице, к Своему Сыну, Пренепорочная, да обрящу Тя тогда прибежище и заступление державнейшее, и мук всех избавляющи.

    Катавасия: Избави от муки вечныя усопшаго раба своего (назови имя), преподобне отче Паисие Великий, яко вей по Бозе к тебе прибегаем, ты бо молиши о нас Христа Бога нашего (поклон).

    Господи, помилуй (трижды с поклонами).

    Песнь 5

    Ирмос. Из нощи утреннююща, Человеколюбче, просвети, молюся, и настави мя на повеления Твоя, и научи мя, Спасе, творити волю Твою.

    Преподобне отче Паисие Великий, моли Бога о нас.

    Постом удручая тело свое отче Паисие, иногда по причащении Тела и Крови Христовы, яко ангел седмьдесят дней без пищи телесныя пребывая, божественную державу неизреченную имущи, и возмогши в себе животную содержати силу благодатию Твоею, паче пищнаго укрепления, слава державе Твоей, Господи.

    Преподобне отче Паисие Великий, моли Бога о нас.

    Яко Иоанн Креститель узким и прискорбным путем ходити произволил еси. Но той на Иордане узрев Зиждителя своего, устрашися и вопияше: не смею приступите сено огню. Ты же, отче Паисие, в пустыни иногда явльшагося Господа, не могий пречистаго лица Его зрети, пад трепетом одержимь. Он же ти рече: не устрашайся, сию пустыню наполню постниками тебе. С нимиже молим, отче, не забуди нас, молитвенник твоих, помилованных быти.

    Слава Отцу и Сыну и Святому Духу.

    Аз бо в начале моя пред Тобою зрю согрешения, и о моих беззакониих молю Твое милосердие, да простиши и покрыеши благоутробием Твоим множество грехов моих, и даждь ми прочее жизни сея время безгрешно проводити. Да удобь на спасения стезю потек, безпреткновенно к доброму концу достигну Твоею помощию, кроме бо Твоея помощи и наставления ничтоже благо совершити, и милость у Тебе получити кто может.

    И ныне и присно и во веки веков. Аминь.

    Богородичен. Рабское приношу Ти моление неразумный аз, и к Твоему прибегаю благоутробному милосердию, не отврати мене, Чистая, посрамлена.

    Катавасия: Избави от муки вечныя усопшаго раба своего (назови имя), преподобне отче Паисие Великий, яко вси по Бозе к тебе прибегаем, ты бо молиши о нас Христа Бога нашего (поклон.).

    Господи, помилуй (трижды с поклонами).

    Песнь 6

    Ирмос. Возопих всем сердцем моим к щедрому Богу, и услыша мя от ада преисподняго, и возведе от тли живот мой.

    Преподобне отче Паисие Великий, моли Бога о нас.

    Бездушная тварь Иордан своего Творца устыдеся, вопияше: не могу Безгрешнаго омыти. Святый же виде Господа, приим воду, прикоснуся Неприкосновенному, умы нозе Его. И пив воду, и прия дар целити недуги и прогонити от человек бесы. Сего ради и мы припадаем ти, отче, молитвами твоими помилуй нас от всяких бесовских наведений.

    Преподобне отче Паисие Великий, моли Бога о нас.

    По славе Господа нашего Иисуса Христа, обретохом тя, отче Паисие, великое прибежище, и заступника и тепла молитвенника о гресех наших. Яко же первее инока преставльшася, и христианства отчуждившася и во глубину адову пагубным безверием низведеся, и егда ощутився притече к тебе, да умолиши Всемилостиваго. Щедрый же Господь явися тебе и глагола: о, угодниче Мой, добро есть Моей любви подобяся, печешися о грешных, изволяяй муки прияти за их избавление.

    Преподобне отче Паисие Великий, моли Бога о нас.

    Принесеся молитва твоя и слезы к Богу, яко благовонный фимиам, и жертва непорочна и благоприятна, и мене не забуди ходатайством твоим ко Пресвятей Богородице, слезы умиления даси ми, омый грехов моих бездну, избави мя от смертныя глубины. И не надеющымся подаждь велию милость, и прости им согрешения.

    Слава Отцу и Сыну и Святому Духу.

    Весь недоумением одержимь есмь, егда прииму во уме той час страшный испытания Судии и Бога, и плачуся и сетую и рыдаю, поминая бездну зол моих. Темже спаси, Человеколюбче, молитвами Твоего угодника преподобнаго Паисия, и избави мя муки, яко Благоутробен.

    И ныне и присно и во веки веков. Аминь.

    Богородичен. От сердца стенания приношаю Ти, Пренепорочная, Твое прося благопребытное заступление. Помилуй всестрастную ми душу, умилосердися, Мати многомилостиваго Бога, избавити мя Суда и езера огненнаго.

    Катавасия: Избави от муки вечныя усопшаго раба своего (назови имя), преподобне отче Паисие Великий, яко вси по Бозе к тебе прибегаем, ты бо молиши о нас Христа Бога нашего (поклон).

    Господи, помилуй (трижды с поклонами).

    Слава Отцу и Сыну и Святому Духу. И ныне и присно и во веки веков. Аминь.

    Кондак, глас 2-й.

    Житейских молв оставль, безмолвное житие возлюбил еси, Крестителю подобяся всеми образы, с нимже тя почитаем, отче отцем Паисие.

    Икос

    Христов глас услышав, шествовал еси во след Того заповедий, наг жития быв, отверг попечения и вся стяжания и имения, и братий своих и любве матере, богоносне Паисие, един в пустынях Богови беседуя разумом, дарования приял еси, еже ми посли в песнех поющему, отцем начальниче Паисие.

    Песнь7

    Ирмос. Согрешихом, беззаконновахом, неправдовахом пред Тобою, ниже соблюдохом, ниже сотворихом, якоже заповеда нам, но не предаждь нас до конца, отцев Боже.

    Преподобне отче Паисие Великий, моли Бога о нас.

    Многих грехов исполнен аз, и твоя молитва яко кадило благовонно исправися отче. Бездну грехов моих потреби, и буяющее море злаго жития изсуши, и напоение гневное отжени, и целомудренный ум молитвами своими утверди, отче Паисие.

    Преподобне отче Паисие Великий, моли Бога о нас.

    Наставника тя и молитвенника тепла имущи, и скораго помощника, яко стену тверду и забрало недвижимо и воеводу крепка и непобедима молим тя, не забуди молитвенник твоих, избавляя от веяния печали и навет вражиих.

    Преподобне отче Паисие Великий, моли Бога о нас.

    О, чудо велие, во един от дний седящу ти, отче Паисие, в пещере, бысть ти глас глаголяй: мир тебе, возлюбленному Моему угоднику, ты же возстав со страхом, и трепетом одержимь, паде поклонися и рече: се, раб Твой, Господи. Сего ради молим тя, моли Человеколюбца, да спасет души наша.

    Слава Отцу и Сыну и Святому Духу.

    Даждь ми Христе разум и терпение, еже не осуждати согрешающих с кичением фарисейским, но яко мытарево покаяние приими, и яко блуднаго сына, Боже, вечери Твоей достойна мя яви, молитвами преподобнаго Паисия, и грехов прощение ми даруй.

    И ныне и присно и во веки веков. Аминь.

    Богородичен. Возникни, о, страстная душе, возстани окаянная, бий из глубины в перси, и испусти слез источники, да тя помилует, окаянную, милосердая Мати Христа Бога.

    Катавасия: Избави от муки вечныя усопшаго раба своего (назови имя), преподобне отче Паисие Великий, яко вси по Бозе к тебе прибегаем, ты бо молиши о нас Христа Бога нашего (поклон).

    Господи, помилуй (трижды с поклонами).

    Песнь 8

    Ирмос. Егоже вои Небеснии славят и трепещут Херувими и Серафими, всяко дыхание и тварь, пойте, благословите и превозносите Его во веки.

    Преподобне отче Паисие Великий, моли Бога о нас.

    Благодарно приносимое тебе пение сие не презри, отче Паисие, но паче приими и радости духовныя исполни, да без закоснения поклонюся твоему образу, идеже есть написан, исцеления всем подавающ.

    Преподобне отче Паисие Великий, моли Бога о нас.

    Все преподобному житию поревновав богоугодных отец, иже от века поживших, отче Паисие, во смирении и постничестве Христа ради всю жизнь свою мученически скончал еси, и от бесов нападения много претерпел еси, и сих победил. Сего ради молю тя, отче, буйство, ярость и небрежение молитвами твоими отрини от мене.

    Преподобне отче Паисие Великий, моли Бога о нас.

    Владыко Христе Боже Всещедрый, имиже веси судьбами даждь ми ненавидети деянии лукаваго, Ты бо еси Бог наш рекий, просите и приимете. Даждь любовь от всея души моея, молитвами преподобнаго отца Паисия, творити волю Твою спасительную.

    Слава Отцу и Сыну и Святому Духу.

    Молютися, на мне грешнем долготерпи Владыко, и не посецы мене яко неплодное древо посечением смертным во огнь отсылая, но плодоносна мя сотвори молитвами преподобнаго умолен бывая, время покаяния ми даждь, яко Человеколюбец.

    И ныне и присно и во веки веков. Аминь.

    Богородичен. Струи низпосли слез и стенания от души, сотвори ми, Чистая, внегда припадати к Твоему покрову, яко да обрящу разрешение грехов моих, Твоею молитвою.

    Катавасия: Избави от муки вечныя усопшаго раба своего (назови имя), преподобие отче Паисие Великий, яко вси по Бозе к тебе прибегаем, ты бо молиши о нас Христа Бога нашего (поклон).

    Господи, помилуй (трижды с поклонами).

    Песнь 9

    Ирмос. Приимшая радость от Ангела, и рождшая Создателя Своего, Дево, спаси Тебе величающыя.

    Преподобне отче Паисие Великий, моли Бога о нас.

    Скорый помощник был еси преподобне, еще в жизни сей, иногда у преподобнаго старца ученику в преслушании умершу, и ведену во ад, он же припадаше прося, да умолиши Всещедраго о ученице его, ты же яко скорый послушник и любви хранитель, надежду возложи ко Всещедрому Богу простреся на молитву, и Той многомилостив и во обетех неложный, волю к боящымся Его сотвори, и молитву твою услыша, изведе душу от ада. Того ради и аз недостойный, припадая молю тя, отче Паисие, молитвами твоими избави мя муки и огня негасимаго.

    Преподобне отче Паисие Великий, моли Бога о нас.

    Бывша мя бесом смех, человеком уничижение, праведным рыдание, Ангелом плач, осквернение воздуху и земли и водам. Тело окалях и ум оскверних, паче слова деяньми. Аз враг Богу бых. Увы мне, согреших, молитвами преподобнаго Паисия прости мя.

    Слава Отцу и Сыну и Святому Духу.

    Яко впадый в разбойники и уязвен, тако и аз впадох от многих грехов и уязвена ми есть душа. К кому прибегну повинный аз? Токмо к Тебе, милосердному душам Врачу, приими молебника тепла преподобнаго Паисия, и молитвами его излей на мя великую Твою милость.

    И ныне и присно и во веки веков. Аминь.

    Богородичен. Прегрешении мои умножиша, прошению и суду достоин, Чистая, припадая зову Ти: прежде конца подаждь ми очищение и умиление, и нравом исправление.

    Катавасия: Избави от муки вечныя усопшаго раба своего (назови имя), преподобне отче Паисие Великий, яко вси по Бозе к тебе прибегаем, ты бо молиши о нас Христа Бога нашего (поклон).

    Господи, помилуй (трижды с поклонами).

    Молитва преподобному Паисию Великому

    Страстей победителя, душам помощника, о всех молебника, всем спасения ходатая и наставника, из глубины сердца воздыхая, усердно и пламенно молим тя, Паисие Преподобне! Внемли и помози нам, не отринь и не презри нас, но абие услыши в смирении сердца притекающих к тебе. Ты, преподобне, к спасению ближних прилежно стремился и многих грешников к свету спасения привел еси. Подвиги чрезмерные успокоением считал по себе, пречудне, и, любовью ко Господу всегда горя, явления Христа Спаса сподобился еси, и Ему, за людей Умершему, любовию подражая, и об отрекшихся от Христа молился еси. Услыши нас, Паисие прехвальне, ибо недостойны есмы молитися о даровании нам великой милости Господней, понеже грешны есмы, и уста оскверненныя и сердца отягощенныя имеем, и под бременем прегрешений страждем, и не достигает молитва наша до Господа. Сего ради помолися за нас мольбою твоею крепкою и богоприятною, святый Паисие, да избавлены будут скончавшиеся без покаяния сродники, ближние и знаемые наши от муки вечныя, и молитву твою во благоволении приимет Спас наш и милосердие Свое вместо добрых дел их даст им, свободит их, веруем, от страданий и вселит в селениях праведных, и нас в покаянии скончатися удостоит, да прославим вкупе Всесвятое и великолепое имя Отца и Сына и Святаго Духа, во веки веков. Аминь.

    Отпуст: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, молитв ради Пречистыя Твоея Матере, и преподобнаго отца нашего Паисия Великаго, и всех ради святых, помилуй и спаси нас, яко Благ и Человеколюбец. Аминь.

    Господи, помилуй (трижды).

     

     

     

     

     

    Добавить комментарий


    Защитный код
    Обновить

    Православный календарь

    Календарь

    Поиск

    Наши контакты

    Адрес

    Украина

    Донецкая область

    г. Доброполье

    ул. Гагарина, 3а

    Свято-Амвросиевский храм

    Мы на карте

    Донбасс православный

    Яндекс.Метрика

    Фотогалерея

    TOP